Из беÑ?еды народного артиÑ?та РФ Ð?лекÑ?еÑ? СеребрÑ?кова Ñ? пиÑ?ателем и журналиÑ?том Дмитрием Быковым (журнал "СобеÑ?едник").
– Ты можешь объÑ?Ñ?нить Ñ?то заÑ?илье трагичеÑ?ких ролей?
– Могу: Ñ? Ñ?ам человек Ñ? трагичеÑ?ким мировоззрением. Я вообще вÑ?егда предпочитаю выÑ?казывание, а не иÑ?торию. Ð? Ñ?то как раз чаще возможно в трагедии. ХотÑ?... вот Ñ?ейчаÑ? Ñ? в комедии Ñ?нимаюÑ?ÑŒ. У ПуÑ?кепалиÑ?а, по пьеÑ?е СлаповÑ?кого «Клинч». Про то, как ученица захватила в заложники учителÑ? литературы, то еÑ?Ñ‚ÑŒ менÑ?, и вÑ?ÑŽ его Ñ?емью.
– Типа «Географа»?
– Ð?ичего общего. И еще мне предложили дейÑ?твительно клаÑ?Ñ?ную иÑ?торию, которую вдруг напиÑ?али очень Ñ?лавные люди – Меркулова и Чупов, поÑ?тановщики «Интимных меÑ?т». Они мне очень Ñ?импатичны, поÑ?тому Ñ? им в глаза Ñ?казал: ребÑ?та, ваши «Интимные меÑ?та»...
– ...ужаÑ?ны.
– Ð?бÑ?олютно. Потому что Ñ? не люблю, когда провокациÑ? важней Ñ?мыÑ?ла. ПоÑ?тому Ñ? не люблю, Ñ?кажем, «Меланхолию» фон Триера – объективно хорошую вещь; но проÑ?то Ñ? чувÑ?твую, что ему Ñ?патировать важней, чем выÑ?казыватьÑ?Ñ?, что он и доказал в Каннах. Ð? тут Ñ?ти двое взÑ?ли и напиÑ?али отличный трагифарÑ?, который в переÑ?казе вам покажетÑ?Ñ? чиÑ?тым безумием: еÑ?Ñ‚ÑŒ леÑ?ник, то, что называетÑ?Ñ? «правильный мужик», вÑ?Ñ‘ у него в порÑ?дке – Ñ?емьÑ? и работа, но тут он узнает, что ему жить оÑ?талÑ?Ñ? меÑ?Ñ?ц. Саркома. Врачи не берутÑ?Ñ?. Идет он к знахарке, а та ему раÑ?Ñ?казывает притчу: пришла Ñ?мерть за Ñ?елезнем, а он грÑ?зью вымазалÑ?Ñ?, курицей обернулÑ?Ñ?, в курÑ?тник Ñ?прÑ?талÑ?Ñ? – и Ñ?мерть его не нашла. И тогда леÑ?ник понимает, что Ñ?казка ложь, да в ней намек. Чтобы Ñ?мерть его не нашла, ему надо Ñ?прÑ?татьÑ?Ñ?, превратитьÑ?Ñ?...
– ...в курицу.
– В женщину!
– У тебÑ?, впрочем, была похожаÑ? иÑ?ториÑ?, только там мужчину из женщины делали.
– В «Серпе и молоте», да. Который почти никто не видел.
– Лёша, а Ñ‚Ñ‹ тоже Ñ?читаешь – как Смирнов в «Одной бабе», где у тебÑ? едва ли не лучшаÑ? роль, – что вÑ?е переломилоÑ?ÑŒ в Ñ?емнадцатом году?
– Мне-то предÑ?тавлÑ?етÑ?Ñ?, что поÑ?леднÑ?Ñ? развилка была пройдена в 1861-м.
– То еÑ?Ñ‚ÑŒ не надо было отменÑ?Ñ‚ÑŒ крепоÑ?тное право?
– То еÑ?Ñ‚ÑŒ надо было отменить его за пÑ?тьдеÑ?Ñ?Ñ‚, а лучше бы за Ñ?то лет до того. Тогда Ñ? его отмены началаÑ?ÑŒ бы Ñ?волюциÑ?, а так – революциÑ?. Ð?аружу полезло уже только разрушение. РоÑ?Ñ?иÑ? в Ñ?воем иÑ?торичеÑ?ком развитии, по моим ощущениÑ?м, отÑ?тала лет на Ñ?то. Ð?о Ñ?то отÑ?тавание не культурное, не религиозное даже, а технологичеÑ?кое. То еÑ?Ñ‚ÑŒ поправимое. Я очень верю в технологию, она длÑ? менÑ? имеет, пожалуй, некоторый моральный Ñ?мыÑ?л, поÑ?кольку вÑ?Ñ? цель технологии – защитить отдельно взÑ?тую человечеÑ?кую жизнь. Сделать ее более автономной. Менее уÑ?звимой. Замечательный пример – кольт. Раньше большой мог обижать маленького, а еÑ?ли у маленького еÑ?Ñ‚ÑŒ изобретение полковника Кольта, Ñ?тановитÑ?Ñ? Ñ?Ñ?но только, что большой шкаф падает Ñ? бо́льшим грохотом. Ð? в оÑ?тальном он ничем не лучше. СейчаÑ? на Ñ?мену кольту пришло другое прекраÑ?ное изобретение, оно называетÑ?Ñ? айфон...
– И обладает той же разрушительной Ñ?илой.
– Ð? вот нет, не обладает. Ð’ отличие от кольта, оно позволÑ?ет человеку уйти от конфронтации, раÑ?ширÑ?ет его горизонты, Ñ?набжает маÑ?Ñ?ой полезной информации. Ð? главное – Ñ? Ñ?читаю, что человеку надо много говорить. Кричать, плакать, признаватьÑ?Ñ? в любви, молитьÑ?Ñ?. Спорить, в конце концов.
– И теперь каждаÑ? задница получает Ñ?лово.
– Ð?о Ñ?то право не монопольное. Ð? еÑ?ли говорÑ?Ñ‚, что люди уходÑ?Ñ‚ в виртуальный мир, – в конце концов, вÑ?е иÑ?куÑ?Ñ?тво их к Ñ?тому Ñ?клонÑ?ет. И Ñ?то лучше, чем наркотики, верно?
– Отчетливо помню такое зрелище: кинофеÑ?тиваль в Выборге, Ñ‚Ñ‹ Ñ?идишь в кафе мрачный, отдельно от вÑ?ех, и мне говорÑ?Ñ‚: не подходите к СеребрÑ?кову, он приехал Ñ?о Ñ?ъемок «Груза 200».
– ТÑ?желаÑ? была картина. Ðто выглÑ?дело так: Ñ?идит Балабанов, никому ничего не объÑ?Ñ?нÑ?ет, Ñ?мотрит в маленький монитор и Ñ?трашно недоволен тем, как вÑ?е вокруг портÑ?Ñ‚ его великий замыÑ?ел. При Ñ?том он был режиÑ?Ñ?ер от бога – вероÑ?тно, Ñ?амый талантливый человек во вÑ?ей петербургÑ?кой режиÑ?Ñ?уре, чтобы не Ñ?казать в поколении, – и Ñ? хорошо его помнил по молодым годам, когда мы пели «Переведи менÑ? через майдан» и пили водку. Ð?о он быÑ?тро пошел в темную Ñ?торону, и Ñ?то ему очень удавалоÑ?ÑŒ. Гений и злодейÑ?тво еще как Ñ?овмеÑ?тимы.
– Можешь Ñ‚Ñ‹ Ñ?егоднÑ? повторить Ñ?вои тогдашние Ñ?лова: «Скоро вÑ?е изменитÑ?Ñ?»?
– ЕÑ?ли помнишь, там поÑ?ле Ñ?того герой получает пулю в затылок. И вÑ?е длÑ? него менÑ?етÑ?Ñ?. СейчаÑ? Ñ? могу повторить Ñ?ти Ñ?лова Ñ?о Ñ?ходным ощущением.
– То еÑ?Ñ‚ÑŒ перемены возможны только к худшему?
– И не только в РоÑ?Ñ?ии. Они глобальны. ПроиÑ?ходит вÑ?емирный реванш Ñ?редневековьÑ?, темных веков.
– Ð?у, западнаÑ?-то Ñ?иÑ?тема довольно прочна...
– ИллюзиÑ?. ПоÑ?мотри на Европу. Там молодые иÑ?ламиÑ?Ñ‚Ñ‹ – да и Ñ?воÑ? молодежь – уÑ?пешно Ñ?ту Ñ?иÑ?тему доламывают. РазумеетÑ?Ñ?, в конце концов вÑ?Ñ?кое Ñ?редневековье заканчиваетÑ?Ñ?, потому что позитивной программы у него – в оÑ?обенноÑ?ти Ñ?егоднÑ?, когда оно еще и лишено глубокой религиозноÑ?ти – не бывает. Ему нравитÑ?Ñ? ограничивать, запрещать, мракобеÑ?ничать, ему нравитÑ?Ñ? мучить и убивать.
"Долой Ñ?мерть, долой коÑ?тлÑ?вую!" Как прошел разрешенный митинг "Стратегии 31"
– Ð?у хорошо, а вот люди Ñ? идеалами – те же Гиркин-Стрелков, Бородай, Пушилин... Может, от них можно ожидать какого-то прорыва?
– Слушай, ну могут быть идеалиÑ?тами люди, которые закрывают лица? У них какаÑ? идентичноÑ?Ñ‚ÑŒ вообще? И те, что не закрывают, вÑ?е равно Ñ?омнительные длÑ? менÑ? перÑ?онажи, потому что они Ñ?вно иÑ?пользуютÑ?Ñ? кем-то в нехорошей игре. Ð? Ñ? Ñ?омневаюÑ?ÑŒ, что люди Ñ? идеалами позволÑ?ÑŽÑ‚ Ñ?ебÑ? иÑ?пользовать. Они бы должны задуматьÑ?Ñ? – а они не задумываютÑ?Ñ?. С идеалами ведь и Проханов, и Лимонов – Ñ? обоих Ñ?читаю очень неплохими пиÑ?ателÑ?ми. Ð?о попробуй Ñ?ебе предÑ?тавить, что Ñ?ти люди получили реальную влаÑ?Ñ‚ÑŒ. ПоÑ?троÑ?Ñ‚ полноценный ад.
– Ð?о, может, Ñ?егоднÑ?шнÑ?Ñ? Ñ?иÑ?тема падет под влаÑ?тью Ñ?обÑ?твенного абÑ?урда, как вышло Ñ? СоветÑ?ким Союзом?
– Ð?ет. ОбъÑ?Ñ?ню. ГлавнаÑ? оÑ?обенноÑ?Ñ‚ÑŒ СССРзаключалаÑ?ÑŒ, по-моему, в том, что Ñ?ущеÑ?твовали две параллельные реальноÑ?ти: одна – идеологичеÑ?каÑ?, втораÑ? – бытоваÑ?. Ð’ знак протеÑ?та против Ñ?того вÑ?еобщего враньÑ?, кÑ?тати, Ñ? Ñ?жег Ñ?вою школьную форму на выпуÑ?кном вечере. Ðто было такое прощание Ñ? большой ложью, хотÑ? мне-то в школе было отлично. Вот мой отец – он был чиÑ?тейший человек и во вÑ?е Ñ?то верил, был идейным коммуниÑ?том, занимал должноÑ?Ñ‚ÑŒ приличную – замдиректора большого завода – и в жизни ничего не украл. Ð?о он, Ñ? уже тогда Ñ?то понимал, был в меньшинÑ?тве. Я Ñ?оглаÑ?ен Ñ? Балабановым – тогда врали, а теперь не врут. Ð?о Ñ?то оказалоÑ?ÑŒ Ñ?трашней, потому что возобладал чудовищный цинизм, потому что никто даже не Ñ?тараетÑ?Ñ? делать вид, что Ñ?облюдает какие-то правила. Ð?и одно Ñ?лово больше ничего не веÑ?ит. Вот почему СССРмог рухнуть Ñ?равнительно малой кровью. Ð? Ñ?егоднÑ?шнее развитие предÑ?тавлÑ?етÑ?Ñ? мне кровавым, потому что вернуть Ñ?ловам Ñ?мыÑ?л можно только через Ñ?ерьезные катаклизмы.
– Какого рода?
– Ð?е беруÑ?ÑŒ предÑ?казывать. Видишь ли, когда пружина иÑ?куÑ?Ñ?твенно Ñ?давлена – можно предÑ?казать, что она раÑ?прÑ?митÑ?Ñ?; но Ñ?егоднÑ? она еще и перекручена, так что куда ударит – можно только гадать. Ðто могут быть погромы, не обÑ?зательно по национальному признаку. Может быть территориальный раÑ?пад, поÑ?вление деÑ?Ñ?тка гоÑ?ударÑ?тв на меÑ?те нынешней РоÑ?Ñ?ии. Ð? возможен и Ñ?равнительно мÑ?гкий вариант, потому что Ñ?та пружина проржавеет и проÑ?то раÑ?Ñ?ыплетÑ?Ñ?. Ð?о Ñ? не знаю, намного ли Ñ?то оптимиÑ?тичнее. Ð’ общем, до лучших времен мы не доживем, а еÑ?ли доживем, то пожалеем.
Почему Ð?лекÑ?ей СеребрÑ?ков Ñ? Ñ?емьей Ñ?бежал в Канаду?
– Бодро.
– Я уже выÑ?лушал такое количеÑ?тво мерзоÑ?тей в Ñ?вой адреÑ? поÑ?ле интервью, где призналÑ?Ñ?, что Ñ?обираюÑ?ÑŒ Ñ? Ñ?емьей уезжать в Канаду... ПиÑ?али тогда: возвращайÑ?Ñ?, мы тебÑ? доÑ?тойно вÑ?третим... И угрозы были, и прочаÑ? дрÑ?нь. И теперь миниÑ?Ñ‚Ñ€ культуры говорит: что Ñ?то он приезжает тут из Канады зарабатывать деньги?! Ðто он говорит мне, который, по Ñ?ути, Ñ?одержит его, платит ему зарплату. Я выÑ?окооплачиваемый актер, на одни мои налоги, которые Ñ? плачу веÑ?ьма аккуратно, можно Ñ?одержать неÑ?колько детÑ?ких Ñ?адов. Ð? он указывает мне, где Ñ?ниматьÑ?Ñ? и где жить.
– В Канаде хорошо?
– Ð’ Канаде хорошо главным образом детÑ?м. Я Ñ? радоÑ?тью наблюдаю, что, увидев человека в инвалидном креÑ?ле, они подходÑ?Ñ‚ к нему помочь, улыбаютÑ?Ñ?, подбадривают... И пуÑ?Ñ‚ÑŒ даже они выраÑ?тут Ñ?овÑ?ем не такими, как Ñ?, – Ñ?то тоже к лучшему.
– Ð? вот была у тебÑ? мощнаÑ?, тоже трагичеÑ?каÑ? роль в «МорÑ?ком волке»...
– Была.
– Тебе не кажетÑ?Ñ?, что Волк ЛарÑ?ен вÑ?е же прав и миром правит Ñ?ила?
– Вот на Ñ?тот вопроÑ? Ñ? могу тебе ответить, потому что много думал о нем. Там Ñ?итуациÑ? доведена до предела, оголена, как Ñ?келет. Мужчина. Женщина. Океан. Ð’ Ñ?кÑ?тремальной Ñ?итуации – да, либо Ñ‚Ñ‹ убьешь, либо тебÑ?. Ð? в жизни... нет, тут на Ñ?том Ñ?келете много мÑ?Ñ?а, и в мÑ?Ñ?е-то веÑ?ÑŒ Ñ?мыÑ?л. Обрати внимание: на земле, Ñ?ойдÑ? Ñ? кораблÑ?, ЛарÑ?ен погибает. Потому что на земле вÑ?е не так однозначно, и побеждает там Ван Вейден, человек культуры и Ñ?оÑ?траданиÑ?.
– Были у тебÑ? роли, которые Ñ‚Ñ‹ играл Ñ? Ñ?вным отвращением? Ð?у такие... Ñ?овÑ?ем мерзавцы?
– Дай подумать. Ð?е было. Другое дело, что мне вÑ?егда требовалоÑ?ÑŒ уÑ?илие... как Ñ?то объÑ?Ñ?нить? Мне доÑ?тавалиÑ?ÑŒ в оÑ?новном Ñ?ильные герои. ЖеÑ?ткие даже. Ð? в жизни Ñ? абÑ?олютный терпила, мне голоÑ? трудно повыÑ?ить. Ð? в Ñ?емье подкаблучник, чем горжуÑ?ÑŒ.
СпиваютÑ?Ñ? от брезгливоÑ?ти к Ñ?ебе
– Ты в «ПоÑ?леднем побеге» Ñ?нималÑ?Ñ? Ñ? УльÑ?новым – как Ñ?то было?
– Ðто была уже далеко не перваÑ? роль, но по крайней мере перваÑ? оÑ?ознаннаÑ? работа. Первый раз, когда Ñ? понимал, что делаю. УльÑ?нов никогда ничему не учил. Он проÑ?то Ñ?ущеÑ?твовал Ñ€Ñ?дом, а Ñ? Ñ?то впитывал как губка. И видимо, дейÑ?твительно кое-чему научилÑ?Ñ?, потому что поÑ?ле «Штрафбата» он позвонил мне и наговорил на автоответчик Ñ?амые главные в моей жизни Ñ?лова.
– Какие?
– «Я Ñ?чаÑ?тлив, что работал Ñ? большим артиÑ?том СеребрÑ?ковым».
– Что длÑ? тебÑ? входит в понÑ?тие «хороший артиÑ?т»?
– Ð?а проÑ?той вопроÑ? – чеÑ?тный ответ. Ðто человек, Ñ?поÑ?обный до такой Ñ?тепени поверить в предлагаемые обÑ?тоÑ?тельÑ?тва, что по команде «Мотор!» может войти в кадр и Ñ?ыграть кульминационную Ñ?цену. И Ñ?ыграть так, чтобы люди захотели платить за билет. Театр проще, потому что там еÑ?Ñ‚ÑŒ времÑ? к Ñ?той кульминации подойти. Ð? в кино надо мобилизоватьÑ?Ñ? по щелчку, и далеко не вÑ?егда режиÑ?Ñ?ер тебе говорит: «Играй то-то».
Чем закончитÑ?Ñ? цензурный Ñ?кандал из-за фильма "Левиафан" Ð?ндреÑ? ЗвÑ?гинцева
– ЗвÑ?гинцев говорит?
– Говорит и даже приÑ?лушиваетÑ?Ñ? иногда к твоему мнению: одну Ñ?цену, Ñ?кажем, он в конце концов разрешил мне Ñ?ыграть именно так, как хотел Ñ?, и Ñ?тот вариант вошел в картину, и он менÑ? чеÑ?тно поблагодарил. Ð?о ЗвÑ?гинцев Ñ?нимает по двадцать дублей, а Ñ?то отдельное мучение, оÑ?обенно в Териберке. Я три меÑ?Ñ?ца прожил там – Ñ?то полное вымирание. Гниение. Разруха. Ð’Ñ?е Ñ?пиваютÑ?Ñ?, и Ñ?пиваютÑ?Ñ? от какой-то тайной, непоÑ?тижимой брезгливоÑ?ти к Ñ?ебе. Залезаешь на Ñ?опку – там лежит ржаваÑ? дверь от машины. Кто ее Ñ?юда втащил, зачем?! Ð?аÑ?еление крошечное, а Ñ?валка гигантÑ?каÑ? – каким образом так мало народа могли оÑ?тавить Ñ?только муÑ?ора? ОÑ?обенно еÑ?ли учеÑ?Ñ‚ÑŒ, что они жили-то вÑ?е по тридцать Ñ? чем-то лет... Там один мужик мне Ñ?казал: «ВеÑ?ÑŒ мой клаÑ?Ñ? уже на кладбище». Ð? ему под Ñ?орок только.
Я вообще Ñ?читаю, что «Левиафан» – Ñ?амаÑ? Ñ?ильнаÑ? картина ЗвÑ?гинцева. И никакого другого героÑ?, никакого бунта в конце там не могло быть – именно потому, что герою противоÑ?тоит Левиафан. Я довольно чаÑ?то Ñ?лышал Ñ?ту твою теорию, что надо отгородитьÑ?Ñ? от гоÑ?ударÑ?тва, не конфликтовать Ñ? ним, а Ñ?оздавать параллельный мир. Ð?у вот, герой там Ñ?оздал. Ð? гоÑ?ударÑ?тво пришло и Ñ?тот мир Ñ?рыло. Ð?ет, мало Ñ?той параллельноÑ?ти, никого она не Ñ?паÑ?ет.
– Ð’Ñ?е ругают оппозицию, что у нее нет позитивной программы...
– У менÑ? еÑ?Ñ‚ÑŒ! ЕдинÑ?твенное, чем можно как-то зацепить человека Ñ?ейчаÑ?, когда ни одно Ñ?лово ничего не веÑ?ит, – Ñ?то дети. И Ñ? когда-то, лет деÑ?Ñ?Ñ‚ÑŒ назад, придумал, что хорошо бы принÑ?Ñ‚ÑŒ такой закон: каждый, кто хочет идти во влаÑ?Ñ‚ÑŒ, должен подпиÑ?ать бумагу, по которой его дети обÑ?заны жить здеÑ?ÑŒ в течение пÑ?тидеÑ?Ñ?ти лет.
Шили шапки и Ñ?нÑ?ли «Фаната»
– Ð?у хорошо. Вот тебе завтра полтинник – и как оно? ПроÑ?ти за напоминание.
– РебÑ?та, Ñ? не придаю Ñ?тому такого значениÑ?.
– Ð?о что-то менÑ?етÑ?Ñ??
– Я знаю, что поÑ?ле Ñ?орока портитÑ?Ñ? зрение.
– Точно.
– Ð?ет, одна перемена еÑ?Ñ‚ÑŒ – еÑ?ли не Ñ?читать того, что Ñ? Ñ?ыграл Ñ?то пÑ?тьдеÑ?Ñ?Ñ‚ ролей и чему-то вÑ?е-таки, наверное, научилÑ?Ñ?. Перемена Ñ?та в том, что в ранней юноÑ?ти Ñ? был убежден, будто Ñ?ею разумное-доброе-вечное. И от многого отказывалÑ?Ñ?, чтобы не Ñ?нижать планку. ОтказалÑ?Ñ?, например, от «Фаната-2». Потому что «Фаната» делали же люди непрофеÑ?Ñ?иональные, которые тогда, в начале девÑ?ноÑ?Ñ‚Ñ‹Ñ…, хлынули во вÑ?е Ñ?феры жизни. РежиÑ?Ñ?ер «Фаната» ФеоктиÑ?тов – он же вообще был не режиÑ?Ñ?ер. Он работал кем-то вроде помощника реквизитора, ему понравилоÑ?ÑŒ, и он решил Ñ?ам Ñ?нÑ?Ñ‚ÑŒ кино. Ð?ашлиÑ?ÑŒ такие Жора и Сёма, которые шили Ñ?портивные шапки и продавали их у метро, они дали деньги на картину. Ð?адо Ñ?казать, что заработали они на ней нереально много. И решили Ñ?нимать вторую чаÑ?Ñ‚ÑŒ. Пришли ко мне. Я говорю: хорошо, но тогда наймите нормальных Ñ?ценариÑ?тов, объÑ?вите конкурÑ?, назначьте премию приличную... Они ничего Ñ?того не захотели, Ñ?ами напиÑ?али Ñ?ценарий. И пришли ко мне опÑ?Ñ‚ÑŒ – Ñ? Ñ?тим Ñ?ценарием и чемоданом денег. Я вообще Ñ?только денег никогда в жизни не видел, они его когда открыли – как в кино! Ð?о когда они показали Ñ?ценарий... Ð? поÑ?кольку Ñ? тогда еще Ñ?читал, что у менÑ? миÑ?Ñ?иÑ?, Ñ? Ñ?казал им, что Ñ?то без менÑ?.
– Ð? Ñ?ейчаÑ? Ñ?оглаÑ?илÑ?Ñ? бы?
– СоглаÑ?илÑ?Ñ? бы (Ñ?меетÑ?Ñ?). Да нет, ерунда вÑ?Ñ‘. Только одно изменилоÑ?ÑŒ. Дети. Потому что вÑ?Ñ‘ – абÑ?тракциÑ?, а дети – плоть и кровь. И никакого другого Ñ?мыÑ?ла, ребÑ?та, нет.
